Архив игры "Бездна: Скотская кадриль"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Дом Валета Пик

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Старое, серое двухэтажное здание с примыкающим к нему подобием гаража. Оббитое бетонное крыльцо, покосившиеся, ржавые перила и новехонькая, с блестящей ручкой дверь, которая давно бы стала добычей охотников за утилем, если бы не проведенный к ручке не высокого вольтажа электрический  ток – убить не убьет, а бьет неприятно.  Справа от двери электрический звонок, конечно, сломанный. Если кому-то придет в голову поколотить в дверь ногой, его потом поколотит сам хозяин жилища. Звонок чинить никто не собирался и не собирается, под ним прибита колотушка, для «приличных людей».
Как ни странно, в доме есть стекла и почти чистые, хотя не совсем понятно, кто их моет. Сам Валет или кто по просьбе. Когда хозяин дома – рамы одного окна распахнуты, в доме горит свет.  За дверью располагается длинный коридор, лестница и несколько комнат вверху и внизу, большинство из которых пустуют. Прежнюю лестницу, скрипучую, деревянную, когда начали проваливаться ступени, заменили железной сварной, похожей скорее на судовой трап.  Здесь следует хорошо смотреть под ноги, иначе не миновать падения. Благо, есть перила, чтобы вовремя ухватиться, если ноги все-таки не удержат.
А вот с проводкой все гораздо сложнее, некоторые из пустующих комнат обесточены, из стен торчат запыленные провода. Каким-то непостижимым образом здесь на кухне имеются плита, холодильник, электрочайник, и даже работают, довольно сносно, не вызывая нареканий. Старенькая кофеварка исправно служит Лафайету вот уже который год. Кофе случается нечасто, но хозяин этого дома питает к этому предмету особую нежность.
Свое жилище Валет зовет логовом или хибарой. На самом деле, прибедняется, потому что для жителя Четвертого округа это почти что царские хоромы, несмотря на казематную серость стен, общую неустроенность и заброшенность помещения. Чего только стоит рабочий санузел с душем и сливным бачком. А уж о стиральной машине двадцатилетней давности можно неустанно Бога благодарить. Иногда Лафайет по неаккуратности затопляет свой собственный первый этаж, но, понятное дело, никто ругаться не будет. Это тоже существенный плюс.
В комнате, которую он называет гостиной, стоят два кресла и пара стульев, сваренное каким-то безумным пост-модернистом металлическое подобие журнального стола, складной обеденный стол, такого же вида, собранный из железок, шкаф, на котором можно заметить и книжные полки. Последнее всегда удивляло тех, кто бывал в этом доме, потому что частенько Валет Пик старательно делает вид, что ничего кроме азбуки и Библии в жизни своей не читал.  Под ногами не приваренный, не приклеенный, но положенный достаточно ровно кусок линолеума, что тоже добавляет уюта. Стены выбелены с примесью бежевого колера. Как говорится, красиво жить не запретишь. В цветочном горшке на подоконнике странного вида растение, названия которого Лафайет не знает и поливает от раза к разу, успевая за пару дней до его гибели. Несчастное растение чахнет, сохнет, но неизменно выживает. В глубине души Валет Пик надеется, что оно все-таки должно цвести.
Спальне с большой двуспальной железной кроватью посередине и платяным  шкафом у стены позавидовал бы любой спартанец. Мебель на удивление функциональна во всех смыслах.  Тут же можно заметить допотопную тумбу и комод. На последнем аккуратно расстелена скатерть. Кровать всегда аккуратно заправлена, несмотря на то, что там происходило до этого.  Дыры в обоях, которые каким-то чудом уцелели на стенах, заклеены вырезками из старых журналов и газет и представляют  собой пестрый коллаж, на котором можно найти все что угодно: от откровенных  порнографических кадров до рекламы последних моделей транспорта.
Одна из комнат на первом этаже соединена  со святая-святых - примыкающим с торца дома гаражом, в котором стоит его стальной конь. Ревностное отношение Валета к своему жилищу ничто по сравнению с тем, как он оберегает эту бетонную коробку и свое скоростное сокровище, стоившее ему немалых трудов и средств. Насквозь, с улицы  расположен въезд.  Оглядевшись по сторонам можно понять, что для этого человека представляет действительную ценность. Здесь бесполезно сдувать пылинки, потому что их нет. Хромированная вилка и бак байка, с нарочно облегченной, в угоду маневренности, конструкцией и оголенным «мясом»,  поблескивают в освещении нескольких ламп. Все знают, что это любовь для гроба и уже не удивляются тому, что Лафайет имеет привычку разговаривать с машиной, то нежно воркуя, то отчаянно матерясь.
Довершает картину жилища подвал, в одной части которого расположены деревянные стеллажи, на которых под брезентом хранятся самые разнообразные, полезные в хозяйстве вещи (от лопаты и строительного уровня до особыми путями раздобытой отличной выпивки). Подвал имеет ответвление, закуток –  комнату не более шести квадратных метров. Именно из-за него про Лафайета рассказывают сказки похлеще истории Синей Бороды. Впрочем, кроме самого хозяина этого странного полупустого дома никто и никогда не расскажет о том, что действительно спрятано за оцинкованной  дверью.

Отредактировано Валет Пик (04-09-2009 15:28:44)

2

» Закрытое кладбище

Двигатель старого джипа тарахтел как консервные банки, привязанные за кошачий хвост. Пустынная улица тонула во тьме и предутреннем тумане. Жутенький, постапокаллиптический пейзажик.  Валет выпрыгнул из машины, все так же держа подмышкой добытое сегодня сокровище, помахал рукой своим парням, поблагодарил за работу, попрощался. Дождался, пока отъедет колымага, задрал голову, чтобы поглядеть на черное, беззвездное небо. Черт его знает, кому предназначалось добытое сегодня сокровище с картинками, но Лафайет книгу не отдаст. Никому. Никогда. Ни за что. Его дело, его добыча. Не фига добром таким разбрасываться. То, что книга стоит состояния он, безусловно, знал. Ее историю знал тоже. Видно, кому-то из внешних понадобилась. Только вот кому?  В трех округах по пальцам можно было перечесть таких коллекционеров. Мысль о том, что он сорвал Исааку сделку, вызвала как обычно кривую и мерзостную улыбку. С этими приятными мыслями Валет поднялся по ступенькам крыльца, всунул в замочную скважину ключ, повернул три раза и пинком ноги открыл дверь. Другим пинать дверь было нельзя, но Валету как хозяину – можно. На то это и его дом. Рукой Лафайет нашарил выключатель, зажег свет, на время положил книгу на тумбу в пустынной «прихожей», снял перчатки и ботинки, снова сунул «Бестиарий» подмышку, как был в носках, поковылял на  кухню. Не так давно его порадовали сносным кофе, а сегодня была чертовски удачная ночь. За это стоило выпить.
Зажужжала старая кофеварка, через пару минут был готов горький, крепкий кофе. Валет плеснул горячий напиток в кружку, уселся в разваленное, старое кресло, положил книгу на стол и осторожно перевернул первую страницу. На небольшой золоченной картинке в плетении узорчатой рамы был изображен Бог в фиолетовой с пурпуром одежде, золотым нимбом, на фоне тройного круга. Стопами он опирался на четыре волны, в левой руке держал книгу, правой благословлял.  «В начале сотворил Бог небо и землю.  Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою.  И сказал Бог: да будет свет. И стал свет.  И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы.  И назвал Бог свет днем, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день один» - гласила надпись под картинкой» - Лафайет торопливо облизал губы, придвинулся ближе и склонился над книгой, разглядывая картинку.  Внутри бился и полыхал восторг, такую радость Валет Пик испытывал разве что тогда, когда наконец закончил работу над своим стальным зверем, стоявшим в гараже. Валет, сделав один глоток, начисто забыл о кофе…
«И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле.   И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их», -  над Отрубленной головой и над всем Аммоном  взошло солнце. Где-то вдалеке на кривой улице слышалась брань. Растрепанная Марго опять ругала своего сожителя. В голозадого мужика, стоящего под окном, летел мусор, бутылки и посуда.
- Убью гада! Только еще попробуй!
- Ну заинька, ну не виноват я…
- Еще раз увижу тебя с ней, голову отгрызу, падлюке, глаза выцарапаю!
- Хорошо, заинька… - виновато бурчал понурый мужик, прикрывая ладонями срам. - Заинька, пусти меня домой, стыдно.
- А вот хрена тебе лысого! Оставайся здесь, будешь знать, как налево ходить, - рама окна скрипнула и хлопнула с оглушительным грохотом.
- Заинька… Ну что же ты…
Мужчина и женщина, созданные по образу и подобию, любили друг друга, ревновали, бранились. Жан Лафайет по прозвищу Валет Пик не слышал. Блаженно улыбаясь, он лежал обожженной щекой на книге и видел десятый сон, в котором златокрылый ангел водил леопарда в поводу.

Проснувшись, Валет намылился в «Страну чудес», так назывался один из борделей в Отрубленной голове, который крышевали ребята Лафайета. Надо было посмотреть, что да как, взять привычную мзду. Валет брал деньгами, а иногда натурой. Девицы, работавшие в борделе, были не против, тем более, что Лафайет, хоть и слыл отвязанным сумасбродом, но к бордельным относился нормально.
Бандит помылся, побрился, почистил ботинки.
Вот же фигня с этой книгой. Теперь отмазываться перед Исааком, а старый зануда, если поймет, кто книгу увел, с Лафайета не слезет. Но из-за книжки убивать старика было бы нехорошо. Знать бы еще, кому она понадобилась. Но это такие дебри, дали дальние, что лучше и не думать.
Книга осталась лежать на кухонном столе.
Валет обулся, надел наплечную кобуру, накинул куртку и спустился в гараж.

» Бордель "Страна Чудес"

Отредактировано Валет Пик (03-10-2009 21:50:12)