Архив игры "Бездна: Скотская кадриль"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Валет Пик - Двойник

Сообщений 41 страница 45 из 45

41

- Что? - спросил Лафайет хриплым шепотом, и касалось это явно не сахара в кофе, и не предложения покурить. Улыбка постепенно сошла на нет, Валет насторожился. Странно - что, не мог объяснить. Так принюхивается зверь. Валет щурился, то ли от солнца, то ли от чего-то еще. Прикосновения не вызвали у него неприязни, а вот то, как парень смотрел и как касался - показалось странным. Лафайет не был ангелочком, чего только не пробовал, чего только не творил. Сам подчас разукрашивал кого-нибудь так, что мать родная не узнавала. Но всегда по закону. По справедливости. Своей собственной. По крайней мере, так ему казалось. А кто пытался оспорить, мог доказать правоту точно так же, с пушкой в руке.
- Ну, что ты? - спросил вновь одними губами уже и взял за руку, заглянул в глаза. Взгляд у Валета был глубокий, темный, как два омута. Иногда - взгляд сумасшедшего, когда в нем не оставалось ничего кроме азарта, а сейчас - словно бы пытался что-то понять и разглядеть. Мужчина  в один миг лишился всей бесшабашности, даже лицо изменилось, став ровным и правильным. Или показалось? Так оно и было, если не смотреть на левую половину и если он не кривится нарочно, чтобы напугать.
- Тебе что-то напомнило, да? - так же негромко задал третий вопрос Лафайет.

42

Странная ситуация. Птица сначала глянул на свою руку в его руке. Не отдернул. Прикосновение сухое теплое, его пальцы тоже согрелись благодаря взбалмошной кофеварке. Сжал его руку слегка – показать, что не остался равнодушным и посмотрел в его лицо, в пытливые глаза. Подумалось что со стороны они даже похожи немного. С этой бледной кожей и черными длинными волосами, слегка сутулыми поджарыми фигурами. С темными глазами, с порой пугающе одинаковым выражением.
И что вот ему сказать теперь? Что бы не сказал, это будет не правда. Нельзя правду, Двойник совершенно точно не хотел его убивать ради тайны исповеди. И мог же просто промолчать, Валет уже говорил, что его не волнует откуда и кто он раньше, и не будет допытываться . Но сейчас это было немного другое.
И вот снова, словно эффект зеркала, Двойник уже не казался таким юным и беззаботным, как раньше, не печальным или испуганным, на Валета смотрел человек, который знал и видел, а, возможно, и чувствовал на себе. Боль их тоже учили переносить. Когда то. Когда еще только учили этому. Часть обучения парень проходил дома.
Вздохнул и забрал руку, делая шаг назад
-Просто знаю, как это больно, – сказал совершенно ровно, то ли это не вызывало уже никаких эмоций, то ли они были слишком глубоко и умело спрятаны. Двойник мотнул головой, словно сгоняя наваждение и возвращая понемногу прежнюю беззаботную улыбку на губы. Сюда, в этот округ, в этот дом и в это утро он не хотел больше пускать иные заботы и печали. Он приходил сюда забывать и забываться.

43

- Просто мне... - как будто впервые в голосе Лафайета промелькнула неуверенность. 
- А черт с ним. Показалось мне. Что оттуда тоже. Дурость, - Валет пожал плечами.
- Ты ж не отсюда, а из внешних. Я путаю запахи в последнее время. Табак нюх портит, - бандит уже привычно улыбнулся. Кофе он допивал молча, курить так и не стал.
Думал покурить в одиночестве. Потом, в гостиной, откроет окно, взберется на подоконник, подожмет под себя хромую ногу и посмотрит на утреннюю улицу.  Будет курить, перед тем, как ляжет спать. Мысленно поздоровается со всеми, и даже  с теми, у кого насовсем закрыты окна.
- Ууу, да ты небось уже носом клюешь, - легонько хлопнул по плечу Двойника. - Пошли спать, принцесса на горошине.
Шутка шуткой а парень видно привык спать не в такой постели да не на таком рванье. Валет поймал себя на мысли о том, что его скудная обстановка нагоняла тоску. Он не хотел показаться лучше, чем был. Просто если уж кого позвал в гости, то все должно быть хорошо, чисто и опрятно. А тут дырки, серые стены, на которых нарисованные сисястые девки да машины. Но вроде парень был пока доволен, значит и он, Валет Пик может быть спокоен.
Уже перед дверью гостиной Валет сказал:
- Если что нужно будет - буди. Я сплю чутко, просыпаюсь сразу, услышу.

44

-Из внешних, - сказал. Это ничего не значило, и так было понятно, что не местный. Какой  же местный, кому тут ночевать негде? Да Двойник и сам знал, что отличается от жителей. Не то что броско, но вот так близко, как они сейчас стояли, не спрячешь.
Допивали кофе молча. Парень вспомнил предупредить о стае, но решил, что потом, почти богохульством было нарушить это затишье. Вот теперь точно ночь прошла. Валет стоял спиной к окну и его взлохмаченный силуэт постепенно темнел, а за спиной, где-то далеко поднималось бледное сонной солнце. Птица зевнул, раз, другой, отчаянно и от души. Неведомые простыни на неведомой пока кровати манили к себе все сильнее. Навалилось, когда можно расслабиться, бухнуться лицом в подушку, и забыть все по настоящему. Парень знал, что будет спать крепко, без сновидений, в приятной уютной черноте. От хмеля не осталось и следа, но и похмелье не наступало…хорошо…

Все ушли, остались двое
В мире самых чокнутых людей,

Мы сидели и курили,
Сидели и курили,
Начинался новый день..

Пропел старые слова старой песни, которую разве что на радио Змий и поймаешь в четвертом. Допили, поставили чашки на стол, пошли через гостиную, Валет показал дверь в спальню. Странно, в этом довольно нелепом доме было замечательно по свойски, словно босые ноги уже сто лет касаются этого пола. Знает, как будут звучать эти шаги, где пол скрипнет. Иллюзия, конечно, но приятная.
Обернулся, кивая головой на его предложение, желая спокойной ночи. На секунду подумалось – что будет, если сделать сейчас шаг вперед, дернуть за еще влажную черную прядь и поцеловать? Накатило такое желание, как тогда, в баре, после песни. Аж кончики пальцев зачесались.
Даст подзатыльник и выставит искать ночлег в другом месте скорее всего. И правильно сделает.
-Буду долго спать, тоже буди, ибо нефиг, - Птица улыбнулся и развернувшись, утопал в спальню, по дороге придерживая ремень и стараясь не запнуться о размотавшуюся штанину, все равно сейчас снимать.

45

"Мастер, мастер,
Заплечный мастер мой,
Повремени еще немного
Со своей петлёй.

Не выбивай надежду
Из-под этих ног.
Мои друзья вот-вот приедут,
Привезут залог"... - отчего-то вспомнились ему слова одной старой песенки. В песенке осужденный уговаривал палача. И так хотелось ему жить, что палачу и денег дали и даже привели к нему сестру бедолаги, но тот, воспользовавшись и тем и другим, все-таки исполнил приговор. Вот так и в жизни. Не было бы этого наяву, не пели бы таких песенок.
Пожелав парню спокойных снов, Валет закрыл дверь гостиной. Открыл окно, закурил, примостился на подоконнике. Это был особый ритуал. Покурить перед сном, обдумать все прошедшее, пригоовиться к грядущему дню, что бы он ни сулил.
Над Аммоном поднималось солнце.  Лафайет медленно вдыхал и выдыхал дым, думая о событиях прошедшей ночи. Все, что не делается, все к лучшему. Глупая поговорка, смысла которой он никогда не понимал. И все-таки отчасти она была верной. Хотя бы сейчас. На улице было тихо и пусто, еще не проснулись беспокойные соседи, еще не зашевелился маленький муравейник.
Лафайет прикрыл глаза, ловя миг блаженной тишины. После хорошего веселья она была необходима как воздух. Ловить и чувствовать красоту момента. Свежий утренний воздух, ласковые, теплые лучи солнца и безграничная свобода. Весь мир сейчас был у одного распахнутого окна. А впереди будет еще столько же дней и ночей. Взойдет и склонится к горизонту солнце. Множество раз, по кругу. И никто не знает, что случится завтра. Или послезавтра. Если завтра наступит. 
Валет зевнул, выбросил окурок и поковылял к постели. Разделся и лег, по привычке накрывшись одеялом с головой. Заснул он почти мгновенно, по детски смешно обнимая подушку.