Архив игры "Бездна: Скотская кадриль"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Внутренний сад

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Внутренний сад резеденции Праматери закрыт от свободного посещения и, по сравнению с Солнечным садом, весьма мал. Здесь разбиты красивейшие клумбы, охраняемые мраморыми львами, по периметру идет кипарисовая аллея. Скамейки и беседки обещают отдых в сени деревьев, но здесь так же можно и поработать. Почти в центре сада располагается красивая, увитая плющом ротонда- излюбленное место Правительницы. Рядом с нею разбита площадка для крокета.
Сад хорош в любое время суток. И утром, когда свежий утренний воздух напоен сладким запахом мокрой травы и цветов, и слышно пение щеглов. И днем, пока сад утопает в солнечном свете и цветении, а прохладу можно найти лишь в тени деревьев и у крохотного водоема с кувшинками и уточками-мандаринками. Но и вечером, и даже ночью сад не теряет очарования: распускаются ночные цветы, привлекающие мохнатых бражников и мотыльков, и кипарисы отбрасывают длинные тени, подсвеченные мягким светом фонарей.
В отличие от Солнечного сада здесь можно находиться и ночью, после комендантского часа, но только лицам, внесенным в специальный список. Лица, сопровождающие Правительницу, автоматически получают разрешение находиться здесь.

2

ooc: следующий день после Совета.

Утро выдалось весьма погожим, но жарковатым. По крайней мере, так думалось секретарю Правительницы, который то и дело поправлял тугой воротничок, чувствуя, как спина покрывается испариной. Праматерь вздумала поработать сегодня на свежем воздухе, и расположилась в ротонде. Служители принесли сюда три легких кресла, стол на гнутых ножках, никак не похожий на бюро, за которым обычно работала Гернон, и совсем уж крохотный чайный столик, сервированный в соответствиями с пристрастиями Правительницы.
Сама она, по случаю жаркой погоды, одета была в костюм, пошитый из "дышащей" ткани, и никакого дискомфорта  не испытывала, в отличие от своего секретаря. Зной плыл в воздухе,  но женщины как будто бы и не касался. Единственной уступкой жаре стал отказ от маски в пользу густой и длинной вуали. Под порывами ветерка она едва развевалась, утяжеленная на краях крохотными бусинами, и лица Правительницы никак нельзя было разобрать- только лишь очертания. Маска, впрочем- шелковая, тонкая,- лежала рядом на столе, в сафьяновом футляре.
Аллегра кинула взгляд на часы. Немного уже времени осталось до назначенной аудиенции Великому инквизитору, и она распорядилась, чтобы господина Сиену сопроводили сюда, к ротонде, помятуя о том, что изначально встреча назначена была в Солнечном саду. Секретарь кивнул и отправил двух посыльных- встречать.
Праматерь откинулась в кресле, расслабленно положив руки на подлокотники. Перед нею на столе лежали прошения, не подписанные еще пока, но прелюбопытные. Она специально отложила наиболее интересные документы для того, чтобы показать их Лоренцо перед тем, как подписать и утвердить. Помимо этого она жаждала обсудить с Великим инквизитором некоторые перспективы, открывшиеся после Совета, а так же выслушать его доклад об обстановке. Беседа предстояла серьезная.
Аллегра провела кончиками пальцев по широким краям шляпы. За последние двое суток она пересмотрела, казалось, неисчислимое количество бумаг, стараясь составлять общее представление о сложившейся обстановке. Выводы ее не радовали... И вряд ли слова Лоренцо очистят высокое чело Правительницы от тяжких мыслей.
- Господин Шеппард,- обратилась Аллегра к секретарю. Тот встрепенулся, но услышав очередное распоряжение, как-то снова сник.- Подайте мне холодного чаю...
Жарко, знойно... Руки в алых перчатках крутят чашку и блюдце из тончайшего фарфора. Чаинка одиноко плавает на поверхности: утонет- не утонет?...

3

» Апартаменты Великого инквизитора

Господин Великий инквизитор прибыл за десять минут до назначенного срока, спокойно выслушал сообщение секретаря Правительницы. Стоило ли назначать встречу в одном месте, чтобы затем перенести ее в другое? Вряд ли это было капризом. Значит, у госпожи Гернон изменились планы на действия или беседу. А быть может и правда блажь. Так или иначе, он не имел права судить. Сиена смирился с этим решением и последовал за секретарем. Шли молча, иногда нечаянно сбивая с розовых кустов кремовые лепестки. Секретарь, господин Великий инквизитор и четверо молодцов телохранителей господина Сиена, которые остались ожидать за воротами внутреннего сада. Необходимый жест доверия.

Были известны случаи, когда пришедшие  на приватную аудиенцию чиновники, не покидали ее никогда. Точнее, прямиком из ворот внутреннего сада входили в райские врата задушенными, отравленными, с перерезанным горлом.

Прохладное утро превратилось в знойный день. Казалось, что весь Аммон изнывает от жары, господин Сиена был не исключением, хоть и относился к тому типу людей, что прекрасно переносят жару и не терпят холод. Полуденное солнце вызывало ленцу, стремление к послеобеденному отдыху в кресле качалке или гамаке, но никак не желание решать дела государственные. Однако, долг превыше всего. Греховные мысли о более приятном проведении времени нужно было отставить в сторону, что Лоренцо и сделал, мысленно прочтя короткую молитву.

Оказавшись у ротонды, господин Великий инквизитор поставил ногу на мраморную ступень, не осмеливаясь войти без приглашения, и, приложив руку к груди, покорно склонил голову со словами приветствия:
- Добрый день, госпожа Правительница.

Отредактировано Лоренцо Сиена (23-09-2009 15:32:55)

4

- Прибыл господин Великий инквизитор,- доложился секретарь, получивший сообщение по коммуникатору.
- Хорошо,- кивнула Аллегра, выходя из задумчивости.- Приготовьте еще один прибор...
Сама она отставила пару на стол; ветерок легконько всколыхнул вуаль, тронул влажную веточку мяты, украшавшую блюдце, прошелся по бумагам, шелестя листы, придавленные пресс-папье. Правительница небрежным, но плавным движением расправила шлейф, сбившийся у ноги.
Наконец на фоне яркой зелени и цветов замаячила затянутая в красное фигура, но Аллегра обратила внимание на инквизитора только тогда, когда он заступил на мрамор. Правительница кивнула благосклонно и приветливо:
- Добрый день и Вам, господин Великий Инквизитор,- рука в алой перчатке сделала приглашающий жест.- Проходите, пожалуйста, присаживайтесь,- рука изящно указала на одно из кресел.
Аллегра сейчас пребывала в настроении до того спокойном, вопреки обыкновению, что, казалось, ничто уже не способно поколебать это равновесное состояние. Порой, впрочем, эта женщина напоминала самые чуткие аптекарские весы.
- Не желаете ли чего-нибудь освежающего?- зазвучал из-под вуали медовый голос. И с двусмысленно прибавил.- Погода нынче жаркая...
Лоренцо... Звук капели, звонкой, свежей. Сиена... Звук клинка, выскальзывающего из бархатных ножен.
Гернон наблюдала внимательно за тем, как Великий инквзиитор садится, как двигается, пытаясь угадать ради забавы какие вести принес этот человек, второй по значению в Аммоне после нее. Он был властным, как и она, честолюбивым, как и она. Но не только это роднило их: еще и скрытая усталость, отягощенность, которую они лишь иногда демонстрировали, будучи наедине. Полунамеком, вскользь. Единственным, пожалуй, что их рознило, было то, что Аллега, помазаница Божья, была представителем все же власти светской.
- Поведайте же мне о тех действиях, которые уже успели предпринять, господин Великий Инквизитор,- попросила Правительница после того, как тот устроился в кресле.
Сейчас при встрече присутствовал секретарь, что накладывало рамки официальности. Но Гернон и хотела, чтобы при их разговоре присутствовали чужие уши. Она собиралась дать Сиене практически карт-бланш, и для того, чтобы отбить душок фаворитизма, необходимы были свидетели разговора.

Отредактировано Аллегра Гернон (23-09-2009 17:16:39)

5

Возможно, он был бы рад поговорить о чем-либо другом: литературе, музыке, изобразительном искусстве, но в последнее время почти все разговоры были об одном. Директивы, предписания, распоряжения, особые меры.

Великое искусство состоит в том, чтобы, склоняя голову и  не поднимая взгляд, сохранять достоинство. Этим искусством Великий инквизитор Аммона владел в полной мере.

Опустившись в кресло напротив женщины в красном, он позволил себе наконец взглянуть на Праматерь, чье лицо сегодня было скрыто густой вуалью.

- Благодарю Вас. Я бы не отказался от лимонада.

Торопиться было некуда. Сиена сложил руки, переплетя длинные, крепкие пальцы, упрятанные в бархат. Медленно и аккуратно откинулся на спинку кресла. Высоко поднятый подбородок, едва означенная улыбка, внимательный и спокойный взгляд в прорезях алой маски, прежде чем снова смиренно опустить глаза:

- Полагаю, что у меня для Вас хорошие новости, - мягко начал Лоренцо. – Вчера я имел приватный разговор с господином Беллом. Господин Верховный инквизитор Первого округа осознал свою вину и искренне покаялся в содеянном.  Как выяснилось, его поступок в большей мере был продиктован недоверием господину Наварро, как должностному лицу.  Вчера мы все имели возможность убедиться в том. Речь господина Наварро была… невнятной. Возможно, господин Верховный инквизитор Третьего округа не совсем оправился от пережитого, - Сиена сделал паузу, удержал улыбку намеком в уголках губ.

– Однако, такое положение дел весьма настораживает.  В связи с этим я вижу несколько способов решения, - здесь следовало остановиться, и Лоренцо замолчал, ожидая комментария Правительницы или дозволения продолжать.

Отредактировано Лоренцо Сиена (23-09-2009 16:43:28)

6

Правительница снова откинулась в кресле; алая рука скользнула под вуаль, понятно стало, что женщина опустила на нее подбородок, из под юбки же показался носок сапожка. Изящная расслабленность, допустимая официозом.
Услышав про Габриэля Белла, Аллегра не спешила радоваться, хотя, казалось бы, было чему. Верховный инквизитор Первого круга за годы службы зарекомендовал себя с самой лучшей стороны, хотя и был, пожалуй, порой слишком ревностен в выполнении обязанностей. О господине Наварро Гернон так же была наслышала, и неоднократно отмечала либерализм его, но нарицаний покуда не могла высказать и ему...
Двусмысленная ситуация, в которой оказались должностные лица, не имела однозначного решения. Обстоятельства подталкивали к отказу от тех квот доверия, которыми Аллегра наделяла подчиненных. Кроме, пожалуй, Великого инквизитора... Лоренцо Сиена был лоялен в высшей степени, таким оставался и теперь.
Что-то случилось с тесными, сплоченными рядами черных сутан, которые Гернон привыкла видеть. В реке с сильным, но спокойным течением оказались друг подводные камни, о которых она, Правительница, не подозревала. Это обескураживало ее и злило. Необходимо было доскональное разбирательство...
Алая тонкая кисть сделала ободряющий жест, приглашая господина Сиену продолжать свой доклад. В голосе Великого инквизитора слышалась ядовитая ирония, и даже губы его едва уловимо дрогнули.
- Я внимательно Вас слушаю, господин Великий инквизитор,- медовое контральто зазвучало серьезно, но по-прежнему спокойно.
Довольно часто случалось так, что Лоренцо предвосхищал желания и ожидания Аллегры, и она радовалась всякий раз этому созвучию, которое вселяло в нее уверенность в находящемся подле нее человеке.
Секретарь почтительно подал Великому инквизитору запотевший, а потому обернутый салфеткой стакан с лимонадом. В прозрачной, чуть газированой жидкости плавали мятная веточка и кубики льда.

Отредактировано Аллегра Гернон (23-09-2009 17:13:49)

7

Лоренцо сдержанным кивком поблагодарил секретаря, протянул руку, бокал с прохладным напитком удобно уместился в ладони. Сделал глоток.

- Как Вы понимаете, личные предпочтения или же недоверие необходимо отсекать, - продолжил Великий инквизитор осторожно. Так тихо, незаметно и мягко крадется к жертве большой хищник, уже наметивший для себя лакомый кусок. Но для того, чтобы начать травлю и заполучить этот кусок, ему было необходимо получить  дозволение.

Сиена позволял себе только иногда поднимать взгляд на Правительницу. Присутствие секретаря не способствовало раскованному общению. Это добавляло волнения, но совсем иного рода, нежели страх. Лоренцо, тщательно скрывая это, даже от себя самого, был рад видеть госпожу Гернон. Рамки и границы официоза иной раз оказывались очень привлекательными, тем более для того, кто по собственной воле избрал путь бескорыстного служения. Путь этот был сродни рыцарскому обету охранять и защищать женщину, только казавшуюся хрупкой.

–  Мы не можем руководствоваться такими аргументами в вопросах государственной службы. Кроме прочего, как я успел заметить в случае чрезвычайного происшествия, некоторые службы показали себя не лучшим образом, - церковники всех времен не брезговали интриганством, и Лоренцо Сиена не был исключением –  В частности, подчиненные господина Наварро, не своевременно предоставили необходимую информацию моему пресс-секретарю, господину Ричарду Эмерсону, это усложнило и без того напряженную работу. На основании данных фактов я хотел бы просить у Вас разрешения усилить контроль над работой соответствующих ведомств, в частности – окружной инквизиции всех трех округов, - Сиена поднял взгляд, невольно пытаясь угадать за вуалью знакомые черты, и отставил стакан с лимонадом на стол.

8

Правительница вздохнула, казалось бы задумчиво, но одновременно и скрывая радость. Как она и ожидала, они с Великим инквизитором мыслили в одном направлении... С ответом она не торопилась, отбивая пальчиками рамеренный ритм на подлокотнике.
- Господин Великий инквизитор как всегда прекрасно понимает в каком положении мы оказались,- наконец промолвил голос, выдавший удовлетворение услышанным.
Аллегра встала со своего места и неторопливо прошлась по ротонде, сложив узкие ладони лодочкой. Замерла на мгновение перед кустом ползучей розы, склонившей плети под тяжестью соцветий, коснулась цветка- и отошла.
- Я не буду в этот раз просить у Вас дополнительной аргументации,- сказала женщина.- Я и без того убеждена в правильности выбранного Вами направления деятельности. Своими измышлениями Вы только что подтвердили мои ожидания... Выслушайте же теперь меня...
- Подведомственная Вам структура показала исключительную слабину, Вы это и сами отметили уже. Я не довольна, господин Великий инквизитор,- голос из-под вуали резанул сталью, но тут же снова смягчился.- Если господа Верховные инквизиторы затеялись развлекаться интригами, то это в высшей степени прискорбно. К сожалению, Вы обязаны разделить вину вместе со всеми, ибо это Ваши непосредственные подчиненные, и на Вас тоже падает тень. А теперь, когда беда уже случилась, Вы говорите о том, что необходимо усилить контроль.... Господин Великий инквизитор, у Вас есть полномочия внедрять этот контроль в полной мере, только делаете Вы это с сильным запозданием, к сожалению,- Гернон сделала паузу, а затем жестко срезала.- Этим надо было заниматься раньше.
Правительница снова уселась за стол, почувствовав, как подкатывает гнев. Волна пришла- и отступила...
- Теперь я буду просить Вас несколько о другом. Пока господин Наварро и господин Белл будут заниматься выяснением внешних причин, Вы, господин Великий инквизитор, будете заниматься выявлением причин внутренних. В Вашей вотчине, полагаю, завелась изрядная гадина, и я хочу знать всю подноготную Ваших подчиненных. Если эта пирамида и далее будет шататься, она рискует погрести под собою все наши устои. Меня не интересует выслуга лет и положение людей, которые попадут под расследование. Да, господин Великий инквизитор. Расследование, которое я призываю Вас произвести. Внутриведомственное. Вам следует навести порядок в рядах священнослужителей и ревнителей Господа Нашего.
- Видите ли, - продолжила Гернон, сделав глоток чая и осторожно поставив чашку на место.- Подобные события часто оказываются последней каплей в народном терпении. Откровенно говоря, к существующему правительству доверия со стороны граждан ни на гран... А оно нам жизненно необходимо, хоть в какой-то мере. Существует мнение, что только сутана может защитить от закона; опровергните это мнение, пожалуйста. Именем Господа воплощается на земле закон, но и произвол- так же... Нам с Вами следует принять ряд мер, которые могли бы принести в общественное положение ясность.

9

Сиена опустил голову, как и следовало, покорно принимая недовольство Правительницы. Слушал молча, напряженно, сомкнув ладони. Большая рыба ест маленькую, а ту -  съедает более крупная. Извечный закон пищевой цепи. Сейчас его, как щенка прихватили за загривок и мягко потрясли.

А ведь могли бы и перекусить шею.  Лоренцо прекрасно это понимал. Жесткий, высокий ворот давил на кадык, впивался  под подбородок. Сейчас ему весьма резонно показали длину цепи. Это ощущение было неприятным, болезненным, но привычным. Он знал, что эта женщина – единственная, кто имеет право периодически командовать «К ноге» и указывать место. Что поделать, у всех благ земных есть свои издержки. К тому же, они были включены в заключенный много лет назад договор. Договор с Богом.

За власть, ограниченную только одной рукой, можно было немного потерпеть и до срока припрятать гордыню.

Улыбка, столь неуместная в сей момент, рвалась наружу, и теперь Лоренцо Сиена стоило больших сил держать лицо. Скулы мужчины словно бы свело в судороге, вовсе не от стыда, хотя выглядело именно так.

Несмотря на крепкий тычок, он получил возможность осуществить желаемое. В отличие от лица, которое порой было не хуже носимой им алой маски, забившееся быстрее от адреналина сердце, Сиена контролировать не мог.
- Я признаю свою промашку, госпожа Правительница, - спокойно и все так же мягко произнес Лоренцо, по-прежнему не поднимая головы и опасаясь показывать взгляд, в котором пока не было ни капли христианского смирения.

– Я благодарю Вас за то, что Вы указали на мои ошибки и милостиво дозволяете исправить их. Я сделаю все, что в моих силах, - он наконец поднял бледное лицо с уже посветлевшим и чистым взглядом.
- Как всегда, - улыбка, но другая, мягкая и отрешенная, почти ангельская расцвела на бледных губах Великого инквизитора Аммона. Лоренцо Сиена, довольный тем направлением, в котором мыслила госпожа Гернон, был готов слушать указания Праматери дальше.

Отредактировано Лоренцо Сиена (23-09-2009 18:46:12)

10

-Господин Шеппард,- обратилась Аллегра к секретарю, который жался к колонне пока женщина прохаживалась по ротонде.- Принесите из моего кабинета веер,- и добавила, смилостивившись.- Он лежит на бюро.
Молодой человек, едва заметно округлив глаза, опешил. Отчего бы не вызвать кого-нибудь из служителей?...
- Быстрее,- в голосе Правительницы прорезалась нетерпимость, и секретарь с поклоном ретировался.
Как только Шеппард скрылся из виду, женщина потянулась к сафьяновому футляру. Любовно огладив его, открыла, достала шелковую маску, и на несколько мгновений руки ее скрылись под вуалью. Затем показались снова и одним плавным движением откинули вуаль за тулью шляпы.
В уголках рта Аллегры скрывалась улыбка, обозначенная едва заметными мимическими морщинками, а глаза смотрели дружелюбно и насколько возможно тепло. Маска цвета красного коралла деликатно и мягко охватывала верхнюю часть лица, казалось, льнула к коже.
- Благодарю Вас за понимание, Лоренцо,- произнесла женщина.- Я не сомневаюсь, что Вам удастся все задуманное.
Пара минут безмолвия, Гернон перебирает бумаги, намереваясь привлечь внимание Великого инквизитора и к другим проблемам. Казалось бы, куда более мелким, но Правительница уже успела не раз убедиться, что из песчинок складывается гора. И вместе с тем, она дает Сиене рассмотреть ее спокойно, без опускания взгляда, без попыток проникнуть им сквозь вуаль. Как ни странно, Аллегре нравилось, когда Великий инквизитор смотрел на нее.
- Вот в этой петиции,- женщина наконец-то останавливается на одной их бумаг.- За многими подписями изглагается жалоба от семей посмертно реабилитированных граждан, находившихся под следствием в Сфере. Как Вы знаете, тела посмертно реабилитированных граждан не подлежат кремации, а возвращаются родственникам или же производится их захоронение за счет государства. Так вот, семьи этих граждан жалуются на ненадлежащее обращение с телами усопших. Здесь говорится, что помимо обычных телесных повреждений, нанесенных в процессе следствия, есть и другие следы. Крысы, простите, обгладывают лица трупам, вследствии чего становится невозможным захоронение в открытых гробах. Ну, разумеется тех, кого еще можно так хоронить,- Гернон сделала паузу, поджав губы. Подробности отвратительны, но правдивы и необходимы.- Я предлагаю в связи с этим организовать проверку в Сфере. Будет сформирована комиссия, которая займется выявлением нарушений содержания узников под стражей в процессе следствия и заключенных. Мне надоело разбирать ежедневно жалобы населения. Господин Сиена, у нас с Вами две ужасные черные дыры в бюджете. Одна из них называется "Сфера", и другая "Бонпол",- Аллегра сотворила крестное знамение.- Казна тратит огромное количество денег на реабилитацию и содержание лиц этих обоих заведений.
- В связи с этим у меня так же и другое предложение,- Гернон помедлила.- Я считаю, что нужно пересмотреть перечень уставных мер, которые применяются в ходе дознания. Пока процессуально вина подозреваемого не будет доказана, я ратую за то, чтобы к нему не применялись меры дознания третьей степени. Далее- на Ваше усмотрение. Но это существенно подстегнет следовательные органы и снизит расходы. У нас, к сожалению, признание выбивают пытками. Хватит... Хватит, Лоренцо. Сколько можно поощрять тупость и откровенные садистические замашки работников Сферы?...
Аллегра умолкла, снова обратившись к бумагам.
- Здесь распоряжение о выделении субсидий семьям пострадавших при взрыве Бонпола. Ознакомьтесь, пожалуйста,- женщина отодвинула на край стола лист.- Господин Наварро позаботился о корпусах и жителей корпусов, это похвально. Но совершенно забыл про единовеременные выплаты пострадавшим гражданам.

11

Он, конечно же, оценил это маленькое послабление. Пряник после кнута. Правительница позволяла Лоренцо увидеть ее лицо, настолько насколько это было возможным в рамках Предписаний. Аллегра была красива и по-женски привлекательна. Страдавший ханжеством Сиена не мог, тем не менее, отрицать, что иной раз смотрит на нее слишком пристально, пытаясь запомнить каждое движение, поворот головы, взгляд. И это откровенное признание самому себе подчас пугало Великого инквизитора, пугало так, как не могли бы испугать все адовы муки вместе взятые.

Как бы ни старался, он был человеком из плоти и крови, перед ним сидела красивая женщина почти что равная Богу, образ которой с завидным упорством увековечивали художники и скульпторы, и только Лоренцо Сиена имел право говорить с ней вот так, сидя напротив в саду, пусть и о делах служебных. Иной раз эта пытка становилась невыносимой, за маской Правительницы чудился иной образ, а иногда они сливались в одно. Аллегра – Анна, Анна – Аллегра. Запах волос, касание руки, сладость поцелуя сестры. Все эти мысли потом приходилось выбивать из себя кнутом, каяться не переставая, вымаливать прощение то ли у немого Бога, то ли у давно почившей Анны.

Лоренцо ответил не сразу, иначе обязательно запнулся бы. Короткий взгляд, тем не менее, цепкий, схватывающий все детали. Не более трех секунд было у него на то, чтобы запомнить, взглянуть на бумаги в руках Правительницы с должным вниманием, осенить себя крестным знамением и тихо произнести приличествующее:
- Как жаль... – фраза эта была ответом на замечание о петициях жителей Аммона, получивших своих покойных родственников в «ненадлежащей кондиции». Сиена сам не понаслышке знал, что творится в Сфере, обычно это мало кого заботило, в том числе и саму госпожу Гернон.

Глядеть сквозь пальцы иногда бывает весьма удобно, до поры, до времени на все, кроме растрат. Именно растраты были причиной неожиданно проявленного внимания и милосердия. Послабление же это было весьма кстати.

- Это, как Вы понимаете, потребует времени, - заметил Лоренцо, «И вызовет недовольство любителей разделки мяса» - подумал про себя. Однако,  если применить умение лавирования, можно добиться хорошего результата. Не будет мяса, кишок и кружащихся над испражнениями мух. Все станет гораздо тише и чище, раз уж системе необходимо перемалывание чьих-то костей. Господин Анджело будет вынужден принять определенные условия. А вместе с ним и остальные служащие, склонные превышать полномочия. Кто-то, боясь наказания, и впрямь образумится, кто-то начнет более тщательно прятать свои грешки. Кровь, как наркотик, попробовав один раз, невозможно отказаться, - об этом Сиена так же знал наверняка, и все же... Если в этом анатомическом театре станет меньше экспонатов, будет лучше для всех.

– Как Вы знаете, система дознания складывалась веками, - осторожно проговорил Великий инквизитор, будто бы сейчас его вынудили перепрыгивать с одной льдины на другую, чтобы спасти жизнь. Один неверный шаг – и умрешь в ледяной воде. – Но она, конечно же, несовершенна, несколько громоздка и действительно стоит казне больших затрат. По правде говоря, мне самому иной раз отвратительно смотреть на то, что происходит в Сфере, - честно признался Сиена, - однако, как Вы понимаете, при всем тщании наблюдения, я не могу исправить все возникающие огрехи. Но, - Лоренцо замолчал, снова взглянул на Праматерь, - я думаю, что с применением некоторых мер эту проблему удастся разрешить.

Мужчина взял в руки распоряжение о субсидиях семьям пострадавших, пробежал строчки взглядом. Медленно кивнул, соглашаясь. Все было верно, как с политической точки зрения, так и с экономической. Злым языкам не о чем будет будет трепать.
- Сегодня же Ваше распоряжение будет передано в Третий округ, - заверил Лоренцо.

Отредактировано Лоренцо Сиена (24-09-2009 01:57:46)

12

- Я понимаю Ваше осторожничанье,- напрямик сказала Гернон. Сегодня ей претила словесная "колыбель для кошки", которой зачастую обходились при дворе.- Лоренцо, давайте уже поговорим откровенно... Как Вы знаете, вечен только Господь Бог. Все, что творит человек, со временем превращается в пыль, в труху, когда приходит в негодность. Время- неумолимо, оно диктует свои правила. И либо мы играем по этим правилам, либо исчезнем очень скоро. Иными словами, нам с Вами на руку будет некоторое послабление. Нет, не режима. Но судебную систему, простите, необходимо изменить. Когда приходит время переосмысления предыдущего опыта, это необходимо сделать. Иначе мы раз за разом будем совершать одни и те же ошибки. Я не требую от Вас каких-то моментальных действий. Я не требую полного изменения ведения делопроизводства. Но я хочу, чтобы оно стало рациональнее. А ведь прорехи видим мы все...
Гернон умалчивала пока что о том, что в перспективе эти изменения могут повлиять и на ее предполагаемый брак. Более того, Правительница не хотела бы передавать своему будущему отпрыску бразды правления этой громоздкой и неуклюжей государственной машины. Костемолки с тяжелыми жерновами. И, чего уж скрывать, не хотела бы повторить судьбу собственной матери.
- Моя власть, Лоренцо, это тонкий балансир между властью духовной и светской. Мой пост, конечно, не объединяет в себе эти два института в полной мере, поскольку я не ношу сан. Но если я не буду прислушиваться к гомону толпы, скоро мне попросту некем будет править. Да и Вам тоже, мой любезный друг, не перед кем будет произносить прочувствованные речи,- Аллегра в упор посмотрела на Великого инквизитора.
-Отправьте комиссию в Сферу. На основании выявленных нарушений содержания и ведения дознания мой юридический отдел выпустит законопроект, который мы с Вами должны будем ратифицировать. Борьба со служебными злоупотреблениями- дело благое, отстаивать такую позицию легко и приятно,- Правительница сделала пометку на каком-то листке.-Не знаю уж кто здесь сможет возмутиться в ответ на это- я имею в виду серьезно возмутиться. Все прекрасно знают, что бывает в подобных случаях: летят головы,- Правительница снова подняла глаза. Голос ее был спокоен.- К тому же, я не колеблясь отдам всякого противника этих реформ на растерзание толпе. Ведь согласитесь, Лоренцо, наша власть- это лавирование между законодательством и произволом...
Гернон замолчала, будто впав в задумчивость. Молчание, впрочем, долго не длилось.
- После того, как Ваше внутриведомственное расследование закончится, мы еще раз пересмотрим перспективные пути развития. Перемены, как бы то ни было, все равно произойдут, а результаты ваши зададут им вектор. Но запомните, Лоренцо, если необходимо будет совершить кадровые перестановки в инквизиционное иерархии, я сделаю и это,- Правительница тонко улыбнулась, переплетя пальцы.- Но я надеюсь неизменно видеть Вас рядом...

13

Великий инквизитор слушал молча, но не равнодушно, хотя на лице не отображалось ровным счетом ничего. По истине, женщина обладает умом более изощренным, нежели мужчина. И если мужчине пришло в голову прикрыть недочет системы показательными амнистиями, то женщина… додумалась перешерстить и изменить саму систему судопроизводства, чтобы та была максимально полезна ей.

С одной стороны это была радостная весть. С другой – теперь последует  целая серия чисток для тех, кто не пожелает подчиниться воле Праматери. Нельзя научить льва мирно щипать траву, но можно выдавать ему мясо порционно. Именно это, похоже, и намеревалась сделать Аллегра.

В глазах Лоренцо Сиена читалось откровенное удивление произнесенной речью и… восхищение, которые он не стремился утаить от внимательного взгляда Праматери. Высказанные госпожой Гернон тезисы медленно, но верно укладывались, что называется, по полкам. И так очаровательно выглядел в конце этой речи тонкий намек на принуждение к действию.  Великий инквизитор невольно улыбнулся, словно бы смутившись, опустил глаза.

Намек казался ему излишним. Сиена был человеком понятливым и чутким, несмотря на демонстрируемую отстраненность и теперь доподлинно убедился в том, что сказанное Праматерью не было провокацией,  значит,  можно с интересом взяться за новый рабочий проект. Лоренцо не был до конца уверен в том, что принятые меры помогут разорвать порочный круг безрассудной жестокости, но попробовать действительно следовало. Он, как всегда, был готов честно исполнить любое пожелание Аллегры.

Чего хочет женщина… Женщина не хотела лишних трат на тунеядцев, рек чужой крови, собиралась по-своему ужесточить систему, вычистить грязь и обеспечить себе процветание и покой на много ходов вперед. Пусть так. Сиена сделает все, что потребуется и ей не придется сомневаться в его преданности. Вместо привычных официальных формулировок Великий инквизитор Аммона произнес всего лишь несколько тихих слов:
- Я с Вами, госпожа Правительница, - произнес так, как будто бы подтверждал когда-то данную клятву.

Отредактировано Лоренцо Сиена (24-09-2009 00:35:18)

14

- Я очень рада,- откликнулась Гернон, прикрывая глаза и продолжая улыбаться.
Она знала, что услышит, и нисколько не сомневалась в преданности Лоренцо Сиены, столько лет верой и правдой служивший престолу и Богу. Служивший ей, возможно, даже более ревностно, чем того требовал его пост и уж тем более сан. Гернон порой жалела, что такой выдающийся человек в свое время принял аскезу, ибо по прошествии определенного времени мог бы стать не только первым из лучших... Аллегра любила общество Великого инквизитора.
Когда все важное и требующее сиюминутного внимания было оговорено, Правительница позволила себе немного расслабиться и поговорить с господином Сиеной на отвлеченные темы. Шеппард к тому времени принес веер Гернон- широкий, с темными лакированными планками,- и сейчас женщина неспешно обмахивалась им.
- Пойдемте, господин Великий инквизитор,- Аллегра поднялась со своего места, оправила подол платья.- Давайте пройдемся к пруду...
Трое людей покинули ротонду. Гернон неспешно вышагивала рядом с Сиеной, Шеппард следовал на почтительном расстоянии, но неотступно. Кроме них в саду в эту пору никого не было, кроме, пожалуй весьма немногочисленных служителей, ухаживавших за растениями- Аллегра не терпела поникших цветов и пожухшей травы. У пруда возился еще один служка, приглядывавший за мандаринками. При приближении высоких особ он было ретировался, но остановился, повинуясь жесту Гернон. Та осведомилась через секретаря, есть ли что-нибудь, чем можно угостить пестрых уточек, и служитель отдал небольшой мешочек с крошками.
Аллегра, не чинясь, бросила пригоршню мандаринкам. Ей нравились птицы- любые. Певчих она обожала, и всегда благосклонно принимала их в качестве скромных подарков. Одним из многих, к слову, были полтора десятка красных фламинго, которые сейчас обосновались на одном из водоемов Солнечного сада. Мандаринок же доставили сюда по ее собственному распоряжению, и она нередко наблюдала за ними во время прогулок.
- Очаровательный создания,- сказала Гернон, щурясь, а затем с улыбкой обратилась к Великому инквизитору.- Покормить не хотите?..

15

- С удовольствием, - Сиена все так же сдержанно улыбнулся и последовал за Праматерью, нарочно немного запаздывая, ибо идти впереди было непозволительно. Каблуки красных, высоких замшевых сапог выбили четкую, уверенную дробь по мрамору. Выйдя из ротонды, Лоренцо поравнялся с Правительницей, однако держался на допустимом приличиями расстоянии, по обыкновению заложив руки за спину, демонстрируя великолепную осанку и ширину плеч. Застежки кресты на вороте и рукавах,  разрезанных, чтобы показать оригинальный крой рубашки, поблескивали на солнце.

Молчаливый секретарь, сам похожий на птицу пингвина, шел сзади. Этот уединенный сад  был действительно прекрасен. Спокойствие и умиротворение царили снаружи, но внутри души господина Великого инквизитора сейчас боролись друг с другом множество эмоций. Осторожность уговаривала азарт, строгость пыталась унять сентиментальность, и только гордость как величина неизменная, вкупе с разумом были вдали от всей этой кутерьмы. Разум увлеченно считал. Гордость заставляла высоко держать подбородок.

Господин Великий инквизитор был, пожалуй, слишком озадачен тем, что ему сегодня пришлось услышать, и слишком увлечен предварительным планированием действий, а потому, подойдя к пруду и глядя более на умозрительный план предстоящих действий, нежели на мандаринок, откликнулся не сразу.  Смутился, ибо только что продемонстрировал невнимание, виновато склонил голову, чуть заметно улыбнулся и все-таки принял из рук Правительницы мешочек. Уточек ему никогда в жизни кормить не доводилось, а потому, наконец справившись с неловкостью, Лоренцо сказал:
- Я бы попросил у Вас наставничества в этом деле, госпожа Правительница, - сейчас во взгляде светлых глаз, которые можно было разглядеть в прорезях алой маски, было что-то мальчишеское.

16

Гернон удивленно воззрилась на спутника, под маской ее брови взлетели вверх.
- Просто бросьте им корм,- ответила женщина, рукою продемонстрировав простейшее движение.- Вот так...
Реплику Великого инквизитора никак нельзя было рассматривать как лесть: Лоренцо никогда не льстил так грубо. Скорее всего ему действительно не приходилось кормить птиц. Смущение мужчины так развеселило Аллегру, что она позволила себе тихо рассмеяться, прикрывась веером. Порой Сиена был трогательно неловок, весьма несвойственно для человека такого ранга, но это показывало лишь то, что фальши в нем нет.
Секретарь молча наблюдал за сценой. Когда он уходил, Правительница готова была рвать и метать, ее напряжение наэлектризовывало воздух. Великий инквизитор получал свою долю недовольства Гернон. Сейчас же создавалось впечатление, будто бы и не ходили на горизонте тучи... Это означало лишь то, что Праматерь получила то, что хотела, как впрочем, и всегда, но и Сиена не выглядел мрачным.
Высокая пара в красном кормила уточек у пруда. Мандаринки жадно подхватывали угощение с поверхности воды, плескались, порой поднимая брызги, такие очаровательные в своей бездумной непосредственности, что не умиляться было невозможно.
- У Вас ведь скоро День Рождения, если мне не изменяет память,- добродушно заметила Гернон, отдавая опустевший мешочек секретарю. На самом деле женщина прекрасно помнила эту примечательную дату, как и возраст Лоренцо.- Это большое событие для нас... Не хотите ли помимо молебнов и служб за Ваше здравие порадовать Аммон карнавальным шествием, например?...

17

Великий инквизитор Аммона был сведущ в теософии, риторике, софистике, логике, искусно управлялся с кнутом и другими необходимыми инструментами, знал толк в процедуре проведения  дознания, но птиц кормить не умел.

Предложение Правительницы действительно привело мужчину в замешательство, с которым он, тем не менее, быстро справился, набрав горсть крошек, кинув мандаринкам. Тут же отряхнул руки, задумчиво глядя на уточек, плескавшихся в воде. Птицы же были как люди. Во всем Лоренцо Сиена любил находить сравнения с окружающей его действительностью.  Как мандаринки в пруду люди жадно хватали крошки из рук власть предержащих. Эта нечаянная аллегория вызвала у него новую улыбку. Солнце отражалось в воде, заставляя щурить глаза.

От внимательного взгляда Аллегры не укрылась эта неловкость, и теперь Лоренцо чувствовал себя несколько неуютно из-за проявленной неуклюжести, что, впрочем, случалось крайне редко. Во всем остальном господин Великий инквизитор промашек не допускал.

Когда госпожа Гернон спросила о Дне Рождения, Сиена несколько удивился предложению устроить Карнавал.  С одной стороны идея была интересна и свежа, с другой карнавальные шествия требуют особой осторожности и пристального внимания.  Тем более, если они будут приурочены к такой дате. В дате сорокалетия Сиена ничего особенного не видел, но Праматерь была права, и из этого дня  можно было сделать отличное мероприятие, упрочивающее положение. Про себя Лоренцо с благодарностью оценил такой подход к вопросу. Все же за восемь лет совместной работы Великий инквизитор не переставал удивляться этой женщине.

- Мне очень приятно слышать, - Великий инквизитор вновь делал вид, что разглядывает мандаринок. – Если Вы считаете это мероприятие допустимым и необходимым шагом, госпожа Правительница, то я соглашусь  с Вами. Однако, тут же спешу заметить, что это потребует ужесточения мер безопасности, пусть и негласного, - мягко откликнулся Лоренцо, вновь позволив себе задержаться взглядом на лице женщины в алом.

18

- Почему бы и нет,- Гернон повела плечами,  неторопливо отходя от пруда. Казалось, к мандаринкам она утратила интерес, едва покормив их.- Неужели Вам самому не будет приятно увидеть красивый праздник?
Она бросила внимательный взгляд на Лоренцо после того, как он упомянул о мерах безопасности. Эти опасения были не напрасны, но Правительница полагала, что празднование все же стоит провести. Этот, казалось бы, знак внимания к Великому инквизитору с ее стороны, имел, конечно же, еще и политическую подоплеку.
Общественное мероприятие такого размаха могло успокоить людей, показать, что угроза терроризма исчерпана.
- Я понимаю вашу осторожность,- заметила Аллегра.- Только что гремели взрывы, логично было бы опасаться повторения трагедии... Я была бы неоткровенна, если бы не сказала о том, что праздник будет иметь значение на политическом уровне. Праздники всегда были символом стабильности. Пусть будут и впредь. Ужесточение мер безопасности будет, как и всегда, но упор необходимо будет сделать на негласное. В конце концов, обеспечение их потребует задействование и гвардии, а не просто сил правопорядка, как то было в Бонполе. Конечно же, надо будет постараться, и недопустить даже провокаций.
Правительница замолчала вновь, опустив голову и всматриваясь в траву у себя под ногами. Проходя мимо цветника, женщина нагнулась и сорвала белую гвоздичку. Полюбовавшись с пару секунд, подала ее не глядя Великому инквизитору, и зашагала дальше, осматривая с улыбкой великолепное цветение.
- У Вас будет красивый праздник...

Отредактировано Аллегра Гернон (24-09-2009 22:18:05)

19

Сиена согласно кивнул. Праматерь только что подтвердила его мысли.
- Я думаю, что решение привлечь гвардию резонно, госпожа Правительница. Охрана, если будет угодно,  может в эти дни быть среди празднующих и ничем не отличаться от них. Ради этого можно будет сделать послабление в необходимости ношения формы, - голос Лоренцо приобрел привычные баюкающие нотки, на губах на мгновение показалась лукавая улыбка.

В чем-то Лоренцо Сиена был азартным человеком, иной раз склонным к мистификациям. Несколько сот хорошо подготовленных людей, смешавшихся с карнавальной толпой и ничем не привлекающих внимание, смогут обеспечить неплохую защиту, если не ото всех, то от нескольких неприятностей. Оттепель после ужесточения режима тоже могла сыграть на руку.

Он приостановился, когда Праматерь не глядя подала ему цветок. В красных одеждах, так похожих на доспехи, становилось иной раз слишком тесно. Но не телу, а сердцу.

Лоренцо аккуратно принял цветок из рук Правительницы. Красная гвоздика означает страсть. Розовая – слезы девы Марии. Белая – чистая любовь. Когда-то давно языком цветов изъяснялись те, кто не имел права сказать о чувствах словами. Великий инквизитор чуть замедлил шаг. Он слушал, что говорит Праматерь, глядел на гвоздику и теперь не смел поднять взгляд, несколько секунд гадая, совпадение это или знак особого расположения.

Аллегра направилась дальше, Великий инквизитор не имел права отставать. Подаренный забавы ради или по особому умыслу цветок ожидала страшная участь быть засушенным и хранимым в последствие как зеница ока, священная реликвия. Кто бы мог подумать, что этот гордый и во многом жестокий человек склонен к некой старомодной сентиментальности…

» Апартаменты Великого инквизитора

Отредактировано Лоренцо Сиена (24-09-2009 23:15:45)