Архив игры "Бездна: Скотская кадриль"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Руины старого города

Сообщений 21 страница 25 из 25

21

Тело близнеца горело в руках, а Ксандра начинало колотить от происходящего абсурда. Зачем Ник уволок труп он не понимал.

«Температура. Это просто жар. Вот его и переклинило».

Ксандр сглотнул ком в горле. Лежащий на боку труп старика придурковато ухмылялся. Сейчас бы не помешала хорошая оплеуха, а то мерещится черт знаешь что. Он помотал головой из стороны в сторону, не уверенный до конца, что сможет говорить.

- Не… Нет… Он сам. Его. – Ксандр мотнул головой в сторону деда. - Я в комнату, а там нет никого. Я и позвал. А он закрылся.

У него хватало мозгов понять, то что он говорит, мало чего объясняет. Но более связно обрисовать ситуацию он не мог. По крайней мере, сейчас. Ксандр не выпускал бесчувственное тело брата из рук и смотрел ошалелыми глазами на заляпанного глиной Грина.

- Здесь что-то не так, понимаешь, не так. Здесь нельзя оставаться.

Ксандр не хотел признаваться себе в том, что ему страшно. Совершенно, иррационально, панически страшно. Он никогда не любил руины, здесь все были какие-то вывернутые наизнанку.

Ему сейчас было плевать и на деньги и на мертвого деда, хотелось просто забрать близнеца из этого проклятого места и увезти подальше, тогда, он был уверен, все будет хорошо.

Надо бы перенести брата на кровать, ведь должна же здесь быть кровать. Или диван. Только вот рыжему казалось, что этого нельзя делать. Вообще лучше не касаться в этом склепе каких бы то ни было вещей мертвого хозяина. Может и хозяина не стоит трогать. Вдруг он не хочет хорониться? Или руины не хотят, не отдают земле свое.

Ксандр осторожно подхватил близнеца и с видимым усилием поднялся на ноги. Не так просто поднять на руках самого себя. Он посмотрел на растрепанного Флориана и двинулся к двери. Они обещали доставить Внешнего до квартиры - они доставили, деньги уплачены, остальное не касалось Фраев никоим образом.

Флориан молча посторонился и Ксандр вынес брата из квартиры. Руки предательски задрожали, но он отсчитывал шаги от разломанной входной двери, стараясь уйти как можно дальше от проклятого места. Коридор, бесконечные ступени, хрустяшее под ногами битое стекло. Выход из безликого сумрака подьезда как свет в конце пресловутого туннеля. Улица полыхнула горящим пережженым воздухом, и Ксандр почти рухнул на колени, удерживая брата в руках.

"Чертовы руины..."

- Ник... Пожалуйста... - тихо, почти неслышно, пересохшими губами прижавшись к пылающему лбу. О чем просил, он и сам не знал.

Отредактировано Александр Фрей (25-11-2009 16:17:54)

22

- Дяденька Николас, дяденька!.. – вот так вот, без всех этих надоевших до беса «господинов», которые слышатся и тут и там. Хотя, к ним, к «крысам», конечно, почти никто не обращался так. Ник искренне не желал разбираться во всей этой иерархии, но отсутствию чинных слов был крайне рад: «крысы» и ладно. Помнится, как-то однажды нищий старик на улице крикнул им с братом вслед: «Господа Крысы!». Ксандр тогда долго успокаивал младшего близнеца, складывающегося гармонью от смеха, а он сам ещё долго шутил над Александром: «Господин Крыс, ну как вам не стыдно…»
А сейчас вот так вот: «дяденька». Николас тряхнул рыжей головой, всматриваясь в густой утренний туман, окружающий его со всех сторон, вытянул руку, проверяя видимость. Кисть утонула в севшем не землю облаке, пальцы непроизвольно попытались схватить его, оторвать немного и поднести к лицу, чтобы получше рассмотреть небесного странника. Он стоял на земле: прохладной утренней земле, застеленной весенним ковром свежей изумрудной травы. Мягкие стебли щекотали босые ноги, а едва ощутимое дыхание ветра касалось обнажённой кожи. Забавная шутка судьбы. Оказывается, стоял Ник совершенно голым. Расправив затёкшие плечи, Фрей прислушался к себе: «ситуация не из лучших, однако, ты тут голышом щеголяешь, а тебя девочка ищет! Извращенец». Николас поморщился, ещё раз всматриваясь в туман: даже дерева никакого рядом, чтобы по-старинке сорвать лист и прикрыться. Сознание подкинуло смешную картинку как раз вовремя: сквозь туман, словно ветром разгоняя его в стороны, к нему шла девушка. Хотя, нет, ещё не девушка – скорее девочка-подросток: бледная, худощавая, длинная и немного нескладная. Почти чёрные глаза двумя угольными точками блестели в белизне этого утра. На ней было платье, каких Фрей никогда не видел раньше: короткое белое платье с большими головами солнечных цветов. Их чёрные сердцевины, забитые до отказу семечками, забавно подчёркивали тёмные глаза, притягивали к себе внимание.
- Мы нашли Вас, наконец-то! – радостно пропел немного писклявый голос озорной девчонки, и из тумана выплыла ещё одна фигура. Джо улыбался и молчал так, словно ему нельзя было говорить, только показывать глазами, кричащими: «всё замечательно, Николас, я точно знаю, что это ты, а где Ксандр? Я был бы очень рад встретиться с вами снова, мальчики».
Не чувствуя смущения, Ник подошёл ближе к странной паре, хотел было коснуться рукой плеча незнакомки, но не решился, она сама по-детски наивно схватила его за кисть:
- Разрешите мне забрать Джонатана с собой? Он очень хотел попрощаться с Вами, и мы пришли. Дяденька, а где второй?
Действительно, где? Сердце сжалось и совой ухнуло в груди. Николас понял, что тоже не может говорить. Только смотрит в эти угольно-чёрные глаза цвета подсолнуха и кивает невпопад.

Солнце ударило в глаза совершенно неожиданно, словно жёлтые листья подсолнухов загорелись и затмили собой чёрные сердцевины. Николас зажмурился и приоткрыл глаза.
- Ник... Пожалуйста... – Ксандр был рядом. Ещё не видел, что он открыл глаза, потому что его прохладные губы прижимались ко лбу. И хорошо.
- Алекс, от твоего выражения лица даже покойник… поднимется, - хрипло, закашлявшись только теперь, чувствуя, как пересохло горло, как горит тело. Холодные руки и губы близнеца тянули за собой, словно магнит.
Николас точно знал, где они, что случилось и что с Джо всё теперь будет хорошо. Не знал только одного: кто эта девочка, но это было не важно.
Попытавшись пошевелить пальцами сломанной руки, Фрей удивлённо убедился в том, что всё-таки жив: «приятно» заныли кости.
- Есть хочется, - буркнул, стараясь не замечать, как блестят глаза напротив и как у самого перехватывает в горле. Кажется, он был почти не в состоянии встать самостоятельно, и нарываться сейчас было очень не кстати.
Затуманенное жаром сознание подбросило памяти ещё один «светлый лик»: Флориана Грина, но почему-то желания узнавать, куда «внешний» делся из поля его зрения, и теперь не появилось. И правда совершенно иррационально для больного человека хотелось есть.
И пускай всё это только иллюзия и на самом деле он лежит в коме где-нибудь в обшарпанной больнице внешних округов – эту жизнь он прожигать не намерен. Им же отдали деньги? Ну, так вперёд!
Больно заныла голова, не выдержав упёртости своего нахального хозяина.
«Ты позаботишься о нём, я прав?» - взгляд пробежал по громаде здания, нависшего над ними. В нём затерялось двое: Флориан и Джо, но за второго Ник уже не беспокоился.
Руки обняли плечи близнеца.

23

Лоб близнеца пылал, а Ксандра начинало колотить от холода и затягивающей пустоты. В этот момент он готов был молиться кому угодно, лишь бы Ник пришел в себя. Наверно по этому, услышав от последнего членораздельную речь, у него защипало глаза и пережало горло. Это все от солнца, оно здесь очень яркое. Говорить почти не может, кашлем захлебывается, а все туда же, хамит как всегда.

- Ты ехидна мелкая, а не крыс…

Ксандр очень смутно представлял себе, как выглядит ехидна. Почти наверняка это что-то мелкое, лохматое и с ехидным выражением рыжей морды. Иначе зачем их называть ехиднами?

Он не выпускал брата из рук, казалось, что здесь может случиться все что угодно. Но пока он рядом, никто не посмеет забрать Ника. Ксандр осторожно погладил брата по влажным спутанным волосам, пристально глядя ему в глаза, словно ища там следы недавнего безумия. Что там произошло, в этой квартире, почему он уволок старика в комнату и заперся в ней, Ксандр не был уверен, что когда-нибудь задаст брату эти вопросы. Наверно это трусость, делать вид что ничего не произошло и прятаться от проблем как крыса в норе. Одно Ксандр знал совершенно точно, он никогда не считал брата ненормальным. Он найдет лекарства, и найдет врача. Если надо, притащит его из самой Сферы. И все будет хорошо.

- Тебя легче убить, чем прокормить, - проворчал он практически на автомате. Старая присказка. Сейчас повторять уже заезженные шутки казалось очень важным, закрепляя то, что они здесь и живы, посреди этого сумасшедшего мира.

Но следовало уходить. Ксандр окинул взглядом брата, прокручивая в голове возможности транспортировки этого недоразумения до баржи. Он, конечно, поведет, а брата можно пристегнуть ремнем к себе. По дороге они остановятся в том самом магазинчике, и затарятся едой так, что бы месяц никуда выходить не пришлось. Или даже больше. Хер с ней, с этой доставкой. Нужны еще лекарства, но в округе он не помнил ни одной аптеки, а те, что знал, были слишком далеко. Ладно, он спросит в магазине, в таких точках есть все. Все размышления заняли у него не больше минуты. Воистину нет ничего быстрее мысли. Он снова посмотрел на брата.

- До байка дойдешь или… - предложить донести его на руках было самоубийственной наглостью, хорошо, что болен, а то бы мало не показалось. Это рыжее отражение его самого никогда не признает тот факт, что оно слабее, а к извечным подначкам и борьбе за старшинство Ксандр привык.

24

- Пии-пи… вшш! Хр-хр-хр! – большая серая туша сидела в единственной тени  на ближайший десяток, а то и больше, метров. Хотя, враньё: ещё несколько устроилось под машиной «внешнего» - они переругивались и тихо, сдавленно пищали, боролись за первенство, карабкались друг другу на спину и условно кусались за тощие, голые лапы. Одной царапины такой лапой могло быть достаточно, чтобы самым неприятным образом забыть солнечный свет навсегда. Сами же крысы предпочитали тень. Те, что под машиной, были поменьше – видимо, молодняк на выгуле. Главная же героиня сидела ровно под мотоциклом Фреев и сверкала чёрными бусинками глаз, поглядывая то на крысят, то на мотор. Вытянутая морда чуть подрагивала: кончик носа распознавал знакомый запах машинного масла – его не любят обычные крысы, но «четвёрки», как их называют в Четвёртом, были куда менее привередливы в выборе позднего обеда. Люди в шутку поговаривали: «Ещё немного и мутанты с мерзкими розовыми хвостами захватят этот район – оглянуться не успеете!» - смеялись, пускали как мерзкую байку и пугали детей на ночь, но если присмотреться… Крыса резко  прижала уши и повернула голову, сталкиваясь взглядом с Николасом. Оба тут же ощерились: один сощурился, дрогнула верхняя губа, а вторая зашипела и показала острые клычки. Хвост поднял с земли пыль, а зубы начали скользить по клапанам, рождая мерзкий звук.
- Твою ж крысиную мать! – всё это время Николас смотрел из-под руки брата в сторону дороги. Та спокойно гладила его по волосам и давала время привыкнуть к плавающей картинке перед глазами: подрагивал горячий воздух, от жара кружилась голова, но всё же сознание вернулось полностью, особенно когда эта тварь…
Думать было совершенно некогда, «Крыс» нагнулся, чуть заваливая их набок и схватил с земли ближайший комок – не камень, к сожалению – только более-менее твёрдая земля, наполовину развалившаяся в полёте. Крыса даже не обернулась, комок стукнулся о ближайшее к ней колесо, но не попал. На секунду близнецу показалось, что она смеётся.
- Мы ещё посмотрим… кто будет смеяться последним.
Фрей попытался собраться с силами, чтобы встать – хватит уже играть в «лошадку» с братом: они второй раз за этот крайне «увлекательный» день оказывались в одном и том же месте, в одном и том же положении – и ему порядком надоело чувствовать себя поклажей. Ощущения от попытки были крайне занимательными: смешно упала на землю коленка – левая нога практически не ощущалась. Сейчас не время было разбираться, что с ней случилось: затекла или что похуже, но если они тут же не встанут и не предпримут что-нибудь, не видать им ближайшие пару суток ни баржи, ни еды. И что-то всё-таки подсказывало Нику, что крысы были каннибалами и у них не хватит такта упокоить своих условных «родственников» с миром.
Что тут оставалось? Разве что сказать: «Покатай меня, большая черепаха!»
- … «или», Ксандр, «или»… и скорее! – он вспомнил особо наглое и оттого незаконченное предложение, высказанное вслух. Николас знал, что Александр мог просто не спросить, завалить его на плечо и отнести к мотоциклу – сил сопротивляться не нашлось бы, а по факту так было бы проще обоим. Но не сегодня, не после всего. Хотелось отблагодарить чем-нибудь, хотя бы «спасибо» сказать. «Тварь же ты, Николас, не даром тебя «Крысой» зовут. За что ты ему?»
Руки крепче обхватили плечи близнеца, тот уже понял, в чём дело.
Сказать, что крысы боятся людей никак нельзя – скорее они презирают их, терпеть не могут. Иногда даже кажется, что эти животные не могут понять, откуда взялись люди и что они делают на их территории. «Четвёрки» же были настоящими аристократами среди крыс: они обходили людей стороной. Можно сказать: равноправно делят территорию, а если подумать – сторонятся, как чумных. Взаимно.
При виде покачивающегося рыжего дуэта все четверо: и мама и дети переглянулись, пронзительно зашипели и неторопливо побежали в сторону дома, щурясь от солнца и всё быстрее перебирая лапами. Им, похоже, не хотелось жертв.
Николас шумно выдохнул и, отпустив руки, упал на задник сиденья, вытер рукавом пот со лба и с висков, с верхней губы. Крысы, похоже, в отличие от него не боялись, они ведь не знали, в каких мучениях загибаются от их укусов люди. А больше всего он боялся за брата.
- Лучше сейчас думай о еде, - ещё раз проигнорировав обеспокоенный взгляд: …а не обо мне.
Шлем казался маленьким персональным адом, ведь голову в такую жару легче отрезать, чем поместить в печку, но взгляд Александра при тихой попытке отложить его назад был слишком похож на взгляд Цербера: «хочешь лишиться головы – пожалуйста, но не со мной!»
Обняв его за пояс, Ник почувствовал, что решительно засыпает. Напряжение ушло, а с его уходом вернулась королева горячки – слабость. «Ну ничего, как-нибудь доедем», - мелькнуло в падающей на плечо брата голове.
- Спасибо, - шепнули одни губы.

>>> Заброшенная баржа на Лазоревом острове (через магазин на берегу)

25

Ксандр устроился на переднем сиденье и только когда почувствовал, что руки брата обхватили его за пояс, завел байк, и легко оттолкнулся ногой от земли. «Не думай обо мне, ага... придурок рыжий. Тут кусок в горло не полезет, а он все о еде...» Ругаться про себя проще. Мрачное бухтение не отвлекало его от дороги.
Когда-то эта часть города была построена по последним достижениям градостроительной науки. Ровные прямые магистрали, строчная застройка типовыми многоэтажными домами. Благими намерениями...

На пересечении третьей и F-5, под мостом скоростной трассы притаился магазин с малоприметной вывеской. Маленьким он казался только на первый взгляд. Собственно, Ксандр был уверен, что магазин уходит своими лабиринтами коридоров и помещений в подземелья. Может, так оно и было. Здесь можно было достать, в прямом смысле слова, все. Но даже хозяин торгового лабиринта не мог с уверенностью сказать, откуда взялись те или иные товары. Похоже, лысый Аарон отходил от дел, передавая бразды управления многочисленным детям, племянникам, кузенам и так далее.
Джей Ти сидела на стойке, болтая ногами. Сегодня цвет ее волос отливал зеленым. А прошлый раз оранжевый был. Или красный? На первый взгляд ей было лет пятнадцать, но в четвертом дети вообще взрослеют рано. Может пятнадцать, а может и десять.
- А второй где? – пузырь ее жевательной резинки лопается с глуховатым хлопком.
- У машины. Так что сегодня без крови. - Общение Ника с этим мелким чудовищем начиналось со стандартной перепалки, а закончиться могло и дракой, не смотря на разницу в возрасте более десяти лет. Аарон хохотал и грозился женить, тогда уже приходилось оттаскивать брата от Аарона.- Тебя здороваться не учили? И кто тебя воспитывал...
- Когда папа Аарон, а когда никто. Может, займешься?
-Уж лучше смерть.
Девчонка довольно хмыкнула.
Ксандр протянут стандартный потрепанный список нужных продуктов и товаров, сегодня не было желания бродить по заставленному стеллажами и ящиками лабиринту. Джей Ти брезгливо передала список одному из подошедших старших братьев, видимо, считая ниже своего достоинства помогать Крысу. Вредина.
Молчала она минуты три, потом не выдержала.
- А на Седьмой опять перестрелка, ты туда не суйся. Жанка Темная с Бесом сошлась, я поверить не могу, а Кривой сказал что убьет, и чего из-за нее мужики глотки грызут, она же страшная. Паук вернулся, а говорили, что его еще в прошлом году забили. А в Бонполе психов рванули. И никто не знает... Но теперь все шухера ждут...
Он меланхолично вслушивался в последние сплетни, скидывая в коробку тяжелые жестяные банки, пакеты, иногда кивал или переспрашивал, но на самом деле ему не было дела до всех этих событий. Наверно, он просто устал. Сознание было охвачено блаженным туповатым оцепенением.
Все покупки уместились в трех коробках. Подошел Джеф, один из старших, и подзатыльником согнал девчонку с прилавка.
-Язык без костей. Здорово, Ксан. Давно не было видно.
Крыс пожал протянутую руку.
- Раз на раз не приходится, сам знаешь.
- Генератор то как?
- И не спрашивай... – Отмахнулся досадно.
- Я тебе посмотрю на складе, может, сообразим чего. До зимы не тяни.
Ксандр кивнул, проблему решать надо было, но сейчас хотелось на остров и все.
- А лекарства у тебя есть, ну там от простуды что-нибудь?
Джеф скрылся за прилавком и выудил пару упаковок пилюль со стертыми названиями. Ксандр подозрительно осмотрел предложенное.
- Мда. Бутылку водки давай. И перец. В специях я видел. Ага, вот его.
Добавил пару купюр.
- Ладно, бывай.
Ксандр перенес все коробки к байку и закрепил на багажнике, не обращая внимания на раздраженное бухтение младшего, мол, где тебя бесы носят, провалился там что ли, дай пожевать чего...
- Дома, Ник. Все дома.

>>>Заброшенная баржа на Лазоревом острове (через магазин на берегу)